Три имени — ещё не доказательство: что действительно говорят тексты?

1. Решает отношение, а не число

Учение о Троице возникает не путём счёта трёх существительных. Список сначала утверждает только то, что его члены принадлежат друг другу в соответствующем отношении. Поэтому нужно спрашивать, какое действие описывает текст, какое положение в нём занимают Названные и как тот же корпус текстов определяет Их в других местах. Так из триады получается аргумент с распознаваемым содержанием.

2. Крещение обосновывает принадлежность

Матфея 28,19 совместно ставит Отца, Сына и Духа в опорную точку христианского крещения. Единственное число «имя» при этом значимо, но само по себе не доказывает метафизического определения. Важнее: Иисус относит ученичество всех народов к этому общему имени и обещает Своё собственное постоянное присутствие.

В 1-м Коринфянам 1,13–15 Павел показывает, насколько непроизвольно это отнесение. Он отвергает именно мысль, будто община крещена во имя его. Апостол — служитель общины, а не её последний Господь. Поэтому положение Сына и Духа в крещении не объясняется упоминанием двух особенно важных сотрудников.

3. Тексты описывают одно спасительное действие

Ефесянам 2,18 говорит о доступе к Отцу через Христа в одном Духе. Трое — ни взаимозаменяемые, ни три конкурирующих доступа. В заключительном благословении Второго послания к Коринфянам благодать Христа, любовь Бога и общение Духа принадлежат друг другу. В 1-м Коринфянам 12,4–6 Дух, Господь и Бог относятся к одному действию в общине.^[1]

Ни одно из этих предложений не обязано говорить всё. Вместе с утверждениями о положении Христа как Творца и божественном познании Духа возникает определённая общая картина: спасение — общение с одним Богом как Отцом, Сыном и Духом.

4. Вывод имеет распознаваемое основание

Одно совместное упоминание не доказывает единосущия. Но их особую функцию в крещении, поклонении и спасении столь же мало можно сводить к произвольному перечислению. Тот, кто считает Сына и Духа творениями, должен объяснить, почему Они получают это положение в отношении всех христиан к Богу.

Следовательно, тринитарный вывод соединяет триадические тексты с утверждениями о личности Названных. Он не заменяет экзегезы числом три, а объясняет, почему именно эти три имени определяют христианское отношение к Богу.

5. Вечное отношение не следует из одного послания

Посланник не обязательно Бог; пророки также посылаются. Поэтому из одних задач Отца, Сына и Духа нельзя было бы вывести Их вечного единосущия. Но Писание выходит за пределы описания этих задач. Иисус говорит о славе, которую имел у Отца прежде существования мира, и о Его предмирной любви к Нему (Иоанна 17,5.24). Согласно этим утверждениям, личное отношение начинается не только с рождения Иисуса или Его поручения в мире.

Дух также описывается не только как действие в истории спасения. В 1-м Коринфянам 2,10–12 Павел отличает нас как получателей откровения от Духа, знающего Божии глубины. Его сравнение с человеческим духом обозначает внутренний доступ к познанию Бога, а не сообщение внешнему вестнику. Следовательно, вечная действительность Бога раскрывается утверждениями о предмирном общении и божественном самопознании; она не вычитывается из простого распределения задач. Тем самым ещё не доказано каждое позднейшее объяснение внутрибожественных отношений. Но исключительно временной порядок спасения не объясняет этих текстов.