Много моделей — произвольное учение?

1. Различные вопросы требуют различных ответов

«Чему учит Писание?» и «Как философски полностью описать это учение?» — разные вопросы. Иоанн отличает Логос от Бога и одновременно называет Его Богом; он противопоставляет Его всему возникшему. Эти утверждения не теряют содержания от обсуждения христианами того, как объяснить личностное различие внутри одной божественности. Откровение — мерило моделей, а не их результат.

2. Общее ядро обладает проверяемыми контурами

Отец, Сын и Дух — не три части Бога, не последовательно выступающие маски и не три независимых друг от друга Бога. Сын — не Отец; Он также не творение. Такие предложения исключают определённые толкования. Поэтому теория, согласно которой только Отец действительно Бог, не была бы ещё одним равноправным объяснением того же тринитарного исповедания.

Именно исключения показывают, что вероучительное ядро — больше, чем неопределённое чувство. Тот, кто иначе толкует текст, должен показать, как его толкование поддерживает и остальные утверждения. Альтернативное объяснение отдельных стихов ещё не является альтернативным объяснением всей совокупности данных.

Кроме того, содержание положительно: Отец любит Сына прежде мира; Сын обладает у Него славой (Иоанна 17,5.24); Дух познаёт Божии глубины и открывает их нам (1-е Коринфянам 2,10–12). Такие утверждения определяют реальные отношения и божественное действие. Поэтому учение не является ни пустой формулой, ни зависимым от одной-единственной философской объяснительной модели.

3. Не каждый спор затрагивает каждое обоснование

В Римлянам 9,5 обсуждается членение предложения. В Иоанна 20,28, напротив, прямо стоит, что Фома отвечает Иисусу. Сомнение в первом месте не переходит автоматически во второе. Равным образом спор об исхождении Духа ещё не касается вопроса, был ли Сын сотворён.

Поэтому аргументация должна указывать, какой вывод на каких данных основывается. Надёжное учение не становится надёжнее от защиты слабых отдельных аргументов. Фома прямо предостерегает от превращения недостаточных доказательств в основание веры.^[1]

4. Уверенность — не полное объяснение

Мы можем истинно познавать, что Бог вечен, не измеряя Его вечность как предмет. Соответственно, мы можем познавать личностное различие, не воспроизводя исчерпывающе Божие самопознание. Этот предел не допускает противоречий; напротив, он отличает истинное познание от всеобъемлющего.

Возражение должно было бы показать противоречие в библейском вероучительном содержании. Одно существование конкурирующих моделей прежде всего показывает, что человеческие объяснения требуют проверки. Оно не отменяет Божиего свидетельства о Себе.

5. Разные авторы — не разные учения о Боге

Павел, Иоанн и Послание к Евреям раскрывают свои утверждения в разных контекстах. Поэтому сначала мы читаем ход мысли каждого автора. Однако разные вопросы и акценты ещё не противоречие. Для этого один автор должен был бы в том же отношении отрицать то, что другой утверждает. Одно отсутствие утверждения в послании — не такое отрицание.

Конкретное сравнение, напротив, показывает согласие: Павел относит всё к посредничеству Христа в творении (1-е Коринфянам 8,6); Иоанн не исключает ничего возникшего из возникновения через Слово (1,3); Евреям 1,2.10 говорит о Сыне как Посреднике творения и пребывающем Творце. Способы выражения остаются различными, но их общее содержание определено. Канонический совместный взгляд означает слышать эти утверждения вместе. Тот, кто утверждает несовместимые христологии, должен показать реальное противоположное утверждение; одно литературное разнообразие этого не делает.